Лечим как можем. Как в Перми помогают больным с сахарным диабетом?

В Прикамье не выполняют планы по госпитализации, а протоколы лечения требуют изменений

Отказ в приёме, возможные ошибки в диагностике, переводы из одной больницы в другую: и вот уже «рядовой» диабетик может превратиться в паллиативного больного. Но всё происходит «по закону» и в «соответствии со стандартами». История одного пациента в зеркале отчётов чиновников от здравоохранения в материале «Солевара». Мы проанализировали цифры чиновников на примере одного случая оказания медицинской помощи больному с сахарным диабетом. И выяснили, как из-за гонки за показателями страдают простые люди.

Не принят из-за перегрузки

43-летний Андрей (имя изменено – «Солевар») живёт с сахарным диабетом уже больше 20 лет. В марте этого года его самочувствие ухудшилось.  12 марта родственники вызвали ему скорую помощь, но в железнодорожной больнице в госпитализации отказали, пояснив, что показаний нет. Но лучше ему не становилось, поэтому 18 марта он обратился к терапевту. У терапевта он взял направление на приём к эндокринологу. Но врач-эндокринолог не принял. Сначала попросил посидеть подождать в коридоре, а потом и вовсе отказал, мотивируя это тем, что в этот день много пациентов.

По словам сестры Андрея, в этот момент ему стало плохо, он не мог даже самостоятельно покинуть медучреждение и вызвал супругу, чтобы она отвезла его домой.  В этот же день вечером они обратились в общество «Диабет», и только после этого Андрея госпитализировали в МСЧ №1.

Можно было бы долго искать причины отказа врачей в приёме больного, но все они содержатся в отчёте об исполнении программы госгарантий за 2018 год. В частности, там сказано, что в регионе не выполнены планы по госпитализации населения для оказания специализированной медицинской помощи. Фактически госпитализаций проведено на 2 тыс. случаев меньше. Больше всего пострадали такие профили, как кардиология (50 млн рублей), сердечно-сосудистая хирургия (39 млн рублей не освоены), неврология (71 млн рублей), гематология (37 млн рублей), акушерство и гинекология (176 млн рублей), неонатология (23 млн рублей), химиотерапия (35 млн рублей).

Кадры, которых нет

Можно было бы предположить, что невыполнение планов по госпитализации связано с кадровым дефицитом в отрасли. Почти все врачи в регионе работают на две ставки.  И если в поликлиниках ещё удаётся удержать равновесие (на 6,3 тыс. штатных должностях работают 4,6 тыс. врачей), то в медучреждениях второго и третьего уровней наблюдается большой разрыв (на 5,3 тыс. должностей – 3,2 тыс. врачей). На третьем уровне дела и вовсе плохи (на 5,2 тыс. должностей 3,1 человек). Хуже всего складывается ситуация с младшим медперсоналом. В медучреждениях третьего уровня на 1,7 тыс. должностей работают почти 700 работников, а на первом уровне – на 362 ставки – 186 человек. Но больше всего удивляет количество ставок младшего медперсонала в медучреждениях Прикамья – 3 066 должностей. Для сравнения, в регионе насчитывается 17,4 тыс. должностей врачей и 31,5 тыс. должностей среднего медперсонала.

Лечим как можем. Как в Перми помогают больным с сахарным диабетом?

Что стало причиной резкого сокращения младшего медперсонала, давно известно, это массовый перевод санитарок в уборщицы.  Только в больницах КУБа (Кизеловского угольного бассейна) во время реорганизации было сокращено 135 сотрудников (данные за 2017 год содержатся в отчёте Контрольно-счетной палаты Пермского края). Всего было сокращено 194,25 ставок младшего медперсонала, из них 141 ставка санитарок переведена в прочий персонал. Впоследствии 133,5 ставки прочего персонала были сокращены, а уборка помещений передана на аутсорсинг. И так происходило не только в больницах КУБа.

“Умереть не дают, но и лечить не лечат”

В МСЧ №1 при обследовании у Андрея обнаружили острое нарушение мозгового кровообращения, и на основе этих показаний перевели в ГКБ №4. В «четверке» Андрею стало хуже, из-за чего у него развилась гипогликемическая кома. По словам его сестры Светланы, он начал терять навыки, не узнавал, кто к нему приходит. Но, заведующий отделения при выписке в медицинской документации указал, что у пациента Андрея «на момент выписки состояние удовлетворительное, он находится в сознании (по Шкале комы Глазго его сознание оценено как ясное –15 баллов)». Также указано, что Андрей может самостоятельно ходить по коридору. Но несмотря на оптимистичную оценку состояния пациента, позже у Андрея обнаружили гидроцефалию.

Через десять дней по настоянию родственников Андрея снова перевели в  МСЧ №1, а уже оттуда в ГКБ №2. Сейчас он находится в реанимации Пермской краевой клинической больницы. Сейчас он является паллиативным больным, весит всего 35 кг. Сестра Андрея уверена, что если бы врачи на первом же этапе (в ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина») поставили верный диагноз и вовремя оказали ему медицинскую помощь, то не довели бы до такого состояния. В мае она написала несколько обращений в ТФОМС по Пермского края, страховую компанию, Министерство здравоохранения Пермского края, Росздравнадзор. Росздравнадзор в действиях врачей «Клинической больницы «РЖД-Медицина»», например, выявил нарушения в формулировке клинического диагноза, а в поликлинике ГКБ №4 – нарушения алгоритма направления пациента к «узким» специалистам в экстренном порядке, также на момент проверки отсутствовало диспансерное наблюдение пациентам врачом-эндокринологом. Страховая компания – ООО «Капитал-МС» – не конкретизирует характер выявленных нарушений, а лишь пишет о том, что медучреждения были оштрафованы, и им указано на «усиление внутриведомственного контроля за качеством оказания медицинской помощи».

Тем не менее заместитель главного врача по терапии ПККБ Надежда Лунегова исключила, что причиной нынешнего состояния Андрея стали ошибки, допущенные врачами на первоначальном этапе. Вице-президент пермского регионального общества «Диабет» Михаил Спиридонов считает, что ситуация с Андреем – это следствие системных проблем в сфере здравоохранения региона.

“У нас министр здравоохранения важнее пациента”

 «В регионе больше 86 тыс. больных сахарным диабетом, и мы часто сталкиваемся с тем, что произошло с Андреем. Он не просто вновь заболевший, а он «опытный» пациент, который накопил массу проблем, но он имеет право на помощь. Но сегодня ситуация сложилась так, что ему умереть не дают, но и лечить не лечат. Андрей объехал несколько больниц, что лишний раз доказывает, что проблема не в одной больнице, и не с одним врачом, а системная. И на мой взгляд, первой причиной сбоев в системе стали существенные недостатки в протоколах, стандартах лечения. Логика работы российского врача сильно отстаёт от западного. Наши протоколы не согласованы друг с другом, поэтому не выполняются. Нет горизонтальных протоколов. У российских врачей мало прав. Он не может рисковать, сказать, что это не ваша работа, моя зона ответственности и если понадобится, отказать главврачу. У нас министр здравоохранения важнее пациента. Для врача пациент должен быть самым важным, а не страховая, заведующая, или главврач. И он должен работать с пациентом в команде. Как альпинист. Если на горе ему позвонили и сказали, ну-ка отцепляй пациента, тут надо сэкономить, он должен выбросить телефон, и подниматься дальше ».

Напомним, в  Пермском крае по-прежнему высок процент умирающих в трудоспособном возрасте. Только по данным за прошлый год, каждый четвёртый умерший в трудоспособном возрасте в Прикамье скончался дома. Почти 10% умерших малышей в возрасте до года скончались дома. Все эти данные говорят о том, что тяжелобольные пациенты не получают необходимую медицинскую помощь, к некоторым из них скорая даже не успевает доехать.

Лечим как можем. Как в Перми помогают больным с сахарным диабетом?

Не менее плачевная ситуация и с онкобольными. 51,7% больным раком, которым диагноз поставили больше пяти лет назад, умерли в прошлом году.

Среди пациентов с показаниям к стентированию лишь 50,3% получают его. При этом сельские жители, в отличие от горожан, реже ложатся в больницы.  Так, например, в прошлом году в стационарах было зафиксировано 122 тыс. случаев госпитализации, при этом большая часть пациентов лежали в дневных стационарах, а не в круглосуточных. Что стало причиной этого, в отчёте не сказано. Но на днях глава краевого минздрава Оксана Мелехова озвучила эту проблему и заявила о том, что необходимо разрабатывать модель транспортной доставки пациентов из отдалённых территорий в больницы Прикамья. Предположительно, эти расходы по доставке пациентов в больницы должен взять на себя краевой минздрав.

Поиск

По теме

Close
Close